Конец 80-х – начало 90-х годов ХIХ века – время претворения в жизнь самых смелых научно-фантастических мыслей и похождений киплинговских персонажей, венчавших закат эпохи географических открытий. К этому моменту на всей планете оставался только один клочок земли – на «черном континенте» – которого не коснулось «бремя белого человека» – это маленькая Абиссиния (так называлась тогда Эфиопия). Россия стояла у колыбели эфиопской независимости. И потому по сей день одна из центральных улиц столицы Аддис-Абебы носит имя нашей страны – улица России. Во многом благодаря герою этого повествования – русскому офицеру Николаю Степановичу Леонтьеву (на снимке).
Выдающийся ученый-этнограф, путешественник-исследователь, профессиональный военный разведчик, организатор регулярной абиссинской армии, личный друг и советник негуса Менелика II, первым наладил дипломатические отношения Российской империи и Абиссинии. Начало его военной карьеры совпало с острым русско-английским соперничеством на мировой арене, которое чуть не привело к войне. Именно тогда спокойной службе в гвардейском полку он предпочел скитания разведчика-нелегала.
Свою первую служебную командировку штаб-ротмистр Николай Леонтьев совершил в британскую Индию, проделав весь путь через Персию и Белуджистан верхом. И оставил с носом вездесущих джентльменов из кичливой «Интеллидженс Сервис».
Знакомство штаб-ротмистра с Абиссинией состоялось в 1894 году. Сюда он прибыл в составе научной экспедиции Императорского географического общества. «Географ» Леонтьев удачно сочетал научные исследования с выполнением вполне определенной секретной миссии военно-политического характера. В результате ее успешного завершения уже в следующем году Санкт-Петербург посетило полномочное посольство во главе с главой эфиопской церкви митрополитом Харрарским.
Вскоре за помощь, оказанную эфиопской стороне в деле установления взаимовыгодных отношений с Россией, негус Менелик II наградил Николая Леонтьева высшим орденом Абиссинской империи – Звездой I степени. Награда того стоила: в ноябре 1895-го благодаря чрезвычайным усилиям и посреднической роли Леонтьева состоялась отправка из Петербурга на
«черный континент» первой партии оружия через подставную французскую коммерческую фирму. Оно поспело своевременно – к началу итальянской агрессии.
С началом боевых действий и сам Николай Степанович поспешил в Абиссинию во главе отряда военных специалистов и медиков. По прибытии на место русский разведчик занял при эфиопском императоре совершенно исключительное положение , выступив в качестве его главного советника. В мае 1896 года за заслуги перед абиссинской государственностью Леонтьев получил от негуса специально учрежденный для него титул графа Абиссинской империи. Чему предшествовало сражение при Адуа, которое закончилось полным разгромом войск итальянского экспедиционного корпуса генерала Альбертини. В июне 1896 года, по инициативе главного советника негуса, начались мирные переговоры между Абиссинией и Италией.
Еще не остывший от пыла сражений, абиссинский граф, соблюдая инкогнито, совершил вояж по ряду европейских стран. Русскому разведчику и доверенному лицу негуса Менелика II везде сопутствовал успех: будь то секретная миссия в Риме или тяжелые переговоры с султанскими чиновниками в Стамбуле о правах абиссинских паломников и статусе абиссинского монастыря в Иерусалиме. Завернул он и в родные пенаты, где добился от военного министерства согласия «принять на счет русской казны изготовление снарядов и недостающих частей к 60 орудиям, отбитым у итальянцев в сражении при Адуа», – как значилось в его прошении.
В Абиссинию Леонтьев возвратился уже в ранге официального представителя русского правительства и личного посланника российского императора в составе русской дипломатической миссии в марте 1897 года. Тогда же, по просьбе самого Менелика II, он выступил в качестве эксперта во время переговоров с Ренелем Родом, официальным представителем британской короны. Из-за подковерных интриг англичан соглашение не состоялось, да и не могло состояться. Слишком очевидны были планы установления над Абиссинией английского протектората.
Для отражения возможной британской агрессии негус командировал своего верного друга в Россию за помощью. Тому удалось убедить дипломатические и военные круги России оказать такую помощь эфиопскому народу. На зафрахтованном пароходе «Энвой» к месту доставки из российского арсенала было отправлено в общей сложности 60 тысяч
винтовок, 5 тысяч сабель, 8 миллионов патронов и снарядов. Это была существенная поддержка!
12 июня 1897 года Менелик II назначил Николая Степановича Леонтьева генерал-губернатором экваториальных провинций Абиссинии. В бытность свою в этой должности он главные усилия направил на создание регулярной эфиопской армии. Уже в феврале 1898 года Леонтьев представил императору сформированный им батальон с русскими офицерами во главе. За ним явились и другие части.
Негус Менелик II, оставивший заметный след в истории своей страны был очень доволен деятельностью Леонтьева. В знак особого к нему расположения он пожаловал ему высший военно-административный чин – деджазмеги, – что в переводе на язык родных осин означает что-то вроде генералиссимуса.
Александр Нетёсов